Полицию поддержали только единороссы

Август 19th, 2018

Итоговое чтение законопроекта «О полиции» в Госдуме стало для «единороссов» холодным душем. Фракция национального лидера вынуждена была в гордом одиночестве голосовать за превращение народной милиции в буржуазную полицию (за – 315, против – 130, голосовало 445 депутатов). Ее парламентские попутчики ЛДПР и «Справедливая Россия» предпоч­ли дистанцироваться от полицейщины и вместе с КПРФ высказались против президентского закона.

Госдума: принят новый закон
От него открестились жириновцы и мироновцы

Такого грызловцы не ожидали. Первое чтение (10 декабря 2010 г.) было для них благоприятным, с ними заодно были жириновцы и «справедливцы».

К третьему чтению ЛДПР и «справроссы» повернулись на 180°. Луговой рассмотрел, что президентский закон не обеспечивает демократичности, не создает условий для борьбы с коррупцией. Вывод ЛДПР: нет смысла принимать такой закон.

«Справроссы» тоже остались недовольны нарушениями регламента. Сложный объемный закон с более чем 500 поправками должен прорабатываться детально. А «единороссы» все превратили в формальность, скомкав второе и третье чтения. «Реформа сводится только к переименованию милиции в полицию, что вызывает раздражение у большей части нашего населения. Мы – против», – сказали «справроссы».

Закон действительно сырой. Но, думается, на решение либерал-демократов и «эсеров» повлияло в значительной степени мнение электората. В год парламентских выборов эти две партии стараются подыграть гражданам, которые в большинстве не желают переименования милиции в полицию.

С ворохом поправок, поступивших к законопроекту от депутатов разных фракций, «единороссы» управились оперативно. К принятию оставили 144, редакционно-технические, а 398 смысловых поправок отклонили. Коммунисты Валентин Романов, Владимир Улас, Сергей Решульский, Александр Куликов, Борис Кашин, Владимир Кашин, Сергей Гаврилов, чьи поправки оказались среди отклоненных, настояли на отдельном голосовании по наиболее существенным из них.

Откажитесь, убеждали коммунисты «Единую Россию», от переименования милиции в полицию, это «нанесет огромный морально-нравственный ущерб правоохранительной системе, подорвет доверие к МВД».

«Концепция закона требует переименования», – возражал В.Колесников (бывший заместитель Генпрокурора, а теперь депутат от «Единой России»). «Единороссы» отказались голосовать вообще. Поправка не прошла. Переименование состоится и, по подсчетам специалистов, обойдется бюджету страны более, чем в 1 млрд руб.!
Коммунисты предложили обязать федеральный центр при назначении руководителя территориального органа внутренних дел согласовывать кандидатуру с высшим должностным лицом субъекта РФ. «Единая Россия» – против. Поправка якобы «не учитывает организационное построение в территориальных органах МВД».

А «построение» таково, что отдает диктаторством. Прямым начальником полицейской вертикали становится президент. Он будет решать, каким частям полиции быть, кого и как охранять. Это идет вразрез с мировым опытом, который показывает, что силы правопорядка должны работать под соуправлением местных органов власти. Но в России любое реформирование сводится к тому, что у президента и правительства прибавляется властных полномочий, у капитала – миллиардов, а граждане теряют права, свободы и средства существования. Законом о полиции, по мнению коммунистов, власть сознательно увеличивает пропасть между классом имущих и народом.

О борьбе с коррупцией много сказано. Каждый день узнаем о коррупционных скандалах в рядах МВД и «оборотнях» в погонах. Недавно в Волгограде, как мы рассказывали в прошлом номере, была раскрыта коррупционная сеть под началом капитана Олега Кирпы, задержано 8 офицеров МВД. Сеть могла бы не появиться, если бы существовали контроль и прозрачность в работе органов МВД, считают коммунисты и внесли поправку в президентский закон: «С целью борьбы с коррупцией обеспечить открытость деятельности органов МВД и контроль со стороны общественных советов, сформированных общественными движениями и партиями.

«Единая Россия» – против демократической нормы. В законе остался президентский вариант: общественные советы формируются самой полицией. «Открытость» сохраняется в пределах органов полиции.

Коммунисты предложили обязать полицию не реже одного раза в 3 месяца информировать (на государственном, региональном, муниципальном уровнях) граждан о своей деятельности через СМИ.

«Единая Россия» – против. «Это смещение предметов регулирования… Нельзя правоохранительной структуре быть чрезмерно открытой…» – сказал В.Колесников.
Да и зачем полиции открываться, рассказывать о себе, если ей закон разрешил заниматься коммерческой деятельностью, а об этом обычно не распространяются. Полицейским можно будет оказывать платные услуги богатым собственникам, работать по договорам об охране имущества граждан и организаций, предоставлять иные платные услуги. Полученные средства должны идти в бюджет, написано в законе. Но кто знает, как «договорятся» полицейский и «богатый собственник»? На то и существуют коммерческие тайны.

Коммунисты требовали очистить закон от коммерциализации. После длительных дебатов в думском Комитете по безопасности и согласований с МВД, администрацией президента удалось добиться «переходного периода» до 1 января 2015 года. До этого времени коммерческая составляющая остается в законе о полиции. Потом возможна ее отмена. А пока, считают коммунисты, «механизм по раскрутке коррупционных схем» будет действовать на полную катушку. Хотя бы потому, что иных источников дохода у будущих полисменов нет.

Положение о прикорме полиции оставлено в президентском законе не случайно. Вопреки обещаниям министра Нургалиева о резком усилении социальной защищенности работников внутренних дел в ходе реформирования, в законе о полиции нет ни слова об увеличении зарплат полицейским, обеспечении их жильем или хотя бы о восстановлении социальных льгот, которые имели в советское время милиционеры. Придумана отговорка: будет отдельный социальный закон. Когда? Неизвестно. С 1 марта милиционеры станут полицейскими, как в Европе и США, но зарплата их – в разы меньше. Унизительная участь!

В МВД сейчас угрюмо молчат. Из-за переименования некоторые опытные и порядочные милиционеры готовы уйти – лишь бы не позорить свою биографию ненавистной кличкой «полицай». Для Нургалиева это «сбли­жение с международно-правовыми стандартами». Без них, оказывается, невозможно защищать граждан от преступников. Почему же в советское время без «стандартов» милиционер воспринимался как защитник, а сегодня его стараются обходить стороной, боясь нарваться на евсюкова, наркомана или охотника поживиться?.. Люди боятся ментов, которые срослись с криминалом, как в Кущёвке, Гусь-Хрустальном и многих других наших городах и поселениях. Никаких гарантий по усилению правопорядка президентский закон не дает. Одни декларации о «гуманизации работы». В чем она выразится? Например, полицию освобождают от медвытрезвителей. Спивающихся граждан никто не будет подбирать на улицах. Пусть околевают. Чем не гуманизация?

Выдворением иностранных граждан, среди которых немало преступных элементов, полиция также заниматься не будет. Пусть «гуляют». А полиции тем временем закон разрешает проникать в жилища граждан, задерживать тех, на кого укажет власть, брать в оцепление, собирать сведения о населении, применять физическую силу, спецсредства, огнестрельное оружие, если полицейский посчитает это необходимым, вызывать в отделения граждан в любое время, пользоваться автомобилем, средствами связи гражданина «в служебных целях». Если же права гражданина будут ненароком нарушены, то полицейский обязан… извиниться. А что от этих извинений человеку, которого избили, а то и искалечили при задержании?

Большинство граждан отрицательно настроено к переименованию, а президент этого мнения не заметил. Сработала формула «управляемой демократии».
Закон не дает ответа, как полиция будет пресекать действия террористов. Но наделяет стражей порядка чрезвычайными полномочиями для применения мер государственного принуждения граждан. Самое неприятное для властей – акции протеста. Для их пресечения уже приняты спецзаконы. Подвергнутся наказанию протестанты, которые рискнут перекрыть дороги. Хотя в «правовой» России это нередко единственный способ для граждан достучаться до властей.

Ярчайшей иллюстрацией того, как милиция, переходящая в полицию, «защищала» права граждан, стали декабрьские события на Манежной. После того как милиция отпустила группу выходцев с Северного Кавказа, застреливших 6 декабря одного из болельщиков «Спартака» Егора Свиридова, многотысячные колонны молодежи вышли в центр Москвы. Они потребовали честного, непредвзятого расследования убийства и наказания виновных. Но никто из должностных лиц не пожелал выслушать молодых людей. Их встретили снаряженные к активным силовым действиям отряды ОМОНа. Вспыхнули стычки. Обошлось без жертв, но пострадали несколько десятков человек. Понесут ли законное наказание убийцы Егора Свиридова, пока неизвестно. Но действия силовиков лично одобрил президент Медведев и дал добро на применение всех спецсредств, имеющихся в их распоряжении.

Средств этих, по президентскому закону, – множество: спецгазы, служебные собаки, резиновые дубинки, наручники, свето- и электрошоковые устройства, водометы, есть и огнестрельное оружие. Без такого арсенала, как полагают разработчики закона, «гуманизация» не получится.

За все это голосовала «Единая Россия».

Общество российское по большей части безмолвствует, зато президент Медеведев доволен тем, что «единороссы» благодаря своей многочисленности могут принять, отменить, переписать по приказанию Медведева или Путина любой закон.

Об этом президент РФ похвастался в интервью телеканалу «Блумберг ТВ»: «В последнее время у нас существует довольно мощная одна политическая сила, которая в настоящий момент контролирует ситуацию в парламенте. В 90-е годы президент Ельцин не мог принять почти ни один закон, потому что он блокировался коммунистами и некоторыми другими партиями. Нам удалось принять нормальное законодательство».

Наверное, к категории «нормальных» президент Медведев причисляет и закон «О полиции». Но почему от него отшатнулись даже лояльные к режиму партии? «Блумбергу», конечно, все равно, как полиция будет расправляться с нашим народом, а господину Медведеву надо бы подумать, к каким последствиям приведет диктат власти.

СИНИЙ, ЖЕЛТЫЙ, КРАСНЫЙ. Три уровня опасности устанавливает ФСБ в законопроекте «О внесении изменений в Федеральный закон «О противодействии терроризму». Госдума одобрила его единогласно.

После теракта в Домодедово Федеральная служба безопасности (ФСБ) срочно решила расширить базовый закон дополнительными мерами противодействия терроризму – тремя уровнями террористической опасности. Синий уровень означает повышенную опасность, желтый – высокую опасность, красный – критический уровень опасности.
Введение того или иного уровня позволяет своевременно проинформировать граждан о текущей ситуации, организовать и, если нужно, мобилизовать органы власти, местного самоуправления на противодействие терроризму. Порядок установления уровней будет определяться президентом.

Меры эти эффективны, считают в ФСБ. В январе 2007 года, получив информацию извне об угрозе теракта в одном из российских городов, службы антитеррора поставили в известность население. Гибели граждан удалось избежать.

Уровни террористической опасности – профилактическая мера в борьбе с терроризмом – помогают уберечь людей. Но они – не панацея. Депутаты от КПРФ, поддержав законопроект, заявили, что в РФ в последние годы прочно держится критический уровень опасности. Виноваты в том не только террористы-смертники. Страна подвергается постоянно террору экономическому, энергетическому, информационному, законодательному. Законом об уровнях опасности российскому горю не помочь. Нужен комплексный подход, которым может быть только смена социально-экономического курса.


Календарь

Июнь 2024
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Май    
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Последние записи